В молодости Генрих VIII обожал рыцарские турниры. Он был очень активен: занимался борьбой, охотой, верховой ездой и танцами. Его славили за высокий рост и физическую силу.
Но после серьёзного несчастного случая в 1536 году король больше никогда не участвовал в турнирах.
Этот случай изменил не только отношение Генриха к рыцарским поединкам: многие историки подозревают, что он повлиял и на его личность, и на работу мозга, подтолкнув его к образу деспотичного, агрессивного правителя, каким его часто помнят сегодня.
Роберт Лиддиард, профессор истории Университета Восточной Англии, говорит, что, хотя у столь резкой перемены в Генрихе VIII после 1536 года могли быть и другие причины, «тем не менее возможно, что его неспособность удержаться на лошади имела более широкие последствия для позднего периода его правления».
Турнир Генриха в 1536 году
Генрих и раньше получал травмы на рыцарских турнирах, но поединок, в котором он участвовал 24 января 1536 года, стал для него последним. Его противник неизвестен, однако оба всадника были выбиты из седла, а лошадь Генриха упала прямо на него. Такое могло бы травмировать любого, но турнирные кони Генриха славились огромными размерами и силой, к тому же на них была броня весом в сотни килограммов, что делало случившееся гораздо опаснее.
После падения Генрих два часа оставался без сознания и получил страшную рану ноги — и то и другое, как считают историки, имело долгосрочные последствия для его здоровья.
После этой травмы у Генриха развились язвы, а его «sorre legges» — «больные ноги», как писали современники, — мучили его до конца жизни.
«Это вскрыло уже существовавшую рану на его ноге, которая, судя по всему, потом так и не зажила как следует. Она причиняла королю сильный дискомфорт и дурно пахла», — говорит Лиддиард.
А поскольку современные исследования показывают, что потеря сознания дольше чем на 15 минут может привести к умеренному повреждению мозга, многие историки подозревают: несчастный случай мог иметь и другие, невидимые последствия для короля.
Изменилось ли поведение Генриха после несчастного случая?
Многие историки считают, что между характером, поведением и стилем правления Генриха до и после 1536 года была заметная разница.
В 1510-е и 1520-е годы его считали весёлым, талантливым и популярным человеком, но после 1536 года он быстро превратился в «подозрительного, безжалостного тирана», пишет историк Сюзанна Липскомб в своей книге «1536: год, изменивший Генриха VIII» (1536: The Year that Changed Henry VIII).
Мы не можем точно знать, были ли эти перемены вызваны исключительно травмами мозга, но они перекликаются с тем, что сегодня известно о последствиях повреждений мозга.
Мы знаем, что за годы участия в рыцарских турнирах, верховой езды, прыжков с шестом и сражений Генрих пережил как минимум три серьёзных удара по голове. Мы также знаем, что повторяющиеся удары по голове могут вызывать ХТЭ — хроническую травматическую энцефалопатию, которая, как показывают исследования, способна приводить к раздражительности, агрессии, недостатку эмпатии, перепадам настроения, импульсивности и эгоцентричности.
Ричард М. Уогамен, профессор психиатрии, также предполагает, что ожирение Генриха могло быть признаком повреждения мозга. Конечно, монарх был не совсем обычным случаем: у него был доступ к любой роскошной пище, какую он только хотел. Однако такая степень ожирения была крайне редкой для тюдоровской эпохи, а врачи советовали ему меньше пить вина и есть мяса. Уогамен предполагает, что Генрих мог страдать компульсивным перееданием, которое признано одним из возможных последствий черепно-мозговой травмы.
Но у этих изменений могли быть и другие контекстуальные объяснения. Как часто бывает в истории, здесь могло действовать сразу множество факторов.
«Можно сказать, что 1536 год и без того был очень важным», — говорит Лиддиард. «Поэтому нам не стоит обязательно сосредотачиваться только на одном несчастном случае».
Он отмечает, что именно в 1536 году Анну Болейн судили и казнили. Источники сообщают, что она также потеряла во время беременности мальчика, услышав о несчастном случае с Генрихом, а это, по словам Лиддиарда, «при лихорадочной атмосфере тюдоровского двора как раз то ужасное событие, которое затем становится источником политических слухов, интриг и всего прочего».
Внебрачный сын Генриха, Генрих Фицрой, которому присвоили титул герцога Ричмонда и Сомерсета — возможно, в попытке подготовить его к легитимации, — тоже умер в 1536 году в возрасте 17 лет.
Стресс от потери двух возможных наследников мужского пола — а мы знаем, что Генрих настолько отчаянно стремился к сыну, что ради этого спровоцировал английскую Реформацию, — вместе с приговором жене к смерти за предполагаемую супружескую измену тоже мог способствовать ужесточению его взглядов.
Как и необходимость справляться с политическими потрясениями того времени. С началом роспуска монастырей 1536 год принёс в Англию волнения и восстания. Самыми заметными стали Линкольнширское восстание с участием 22 000 человек и «Благодатное паломничество» в октябре, собравшее 40 000 участников. Эти выступления показали, что подданные Генриха были глубоко недовольны его недавней налоговой политикой и религиозными потрясениями.
Могли ли эти изменения быть естественным развитием его характера?
Некоторые историки предполагали, что перемены в личности Генриха начались гораздо раньше 1536 года.
Лиддиард отмечает: «Если вы ищете доказательства того, что Генрих VIII был в какой-то мере деспотом ещё до этого несчастного случая, вы их, безусловно, найдёте».
В качестве примеров он приводит Томаса Мора, главного министра и друга Генриха, которого тот казнил в 1535 году, и Эдварда Стаффорда, 3-го герцога Бекингема, кузена Генриха, которого он приговорил к смерти в 1521 году.
Так что эволюцию Генриха трудно привязать к одному конкретному событию, учитывая, что он мог меняться естественным образом под влиянием уникального давления, которое испытывал как монарх. Но события 1536 года, включая несчастный случай на рыцарском турнире, почти наверняка ускорили этот процесс.
